О ПРОБЛЕМЕ СВОБОДЫ И ЗАВИСИМОСТИ ЧЕЛОВЕКА СОВРЕМЕННОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

И, ухватясь за край скользящий острый,

И слушая всегда жужжащий звон,

Не сходим ли с ума мы в смене пестрой

Придуманных причин, пространств, времен?

А. Блок

Свобода и зависимость – бесконечность и конечность человека

Проблема свободы и зависимости человека – центральная для понимания его личности. Трудность этого понимания состоит в парадоксальностисамого человека как бесконечно-конечного существа. Как существо бесконечное он свободен, как существо конечное он зависим от множества различных факторов, влияющих на его восприятие мира, самочувствие, жизнь и поведение. Его тотальная зависимость – конечный срок его земного существования. И как тогда понять его цель и назначение? Ведь станет ли он личностью в той или другой степени, или не станет – конец один – смерть. Для чего все усилия в достижении личностью свободы? Для чего создание культуры, творчество?

И это не придуманные вопросы, не навязанные его сознанию извне, а входящие в его сознание изнутри, из бесконечной бессознательной глубины его души, связанной, в отличие от сознания, не с конечными определенными объектами окружающей его действительности, а с трансцендентной стороной его существа, эквивалентной Миру в целом.

На эти сакраментальные вопросы существовали тысячи различных ответов мифологических, религиозных, философских. Окончательного ответа на них быть, видимо, не может в силу бесконечного характера каждого из них. Но интуитивное чувствование выхождения их смысла за пределы наличной ограниченности человека, приближающего к какой-то стороне Тайны бытия Мира, мы находим в высказываниях и смыслообразах многих мыслителей, размышлявших о месте и назначении человека в мире. Например, мне кажется, есть глубокий, выходящий за границы рациональности смысл в представлении назначения Человека как любящего и охраняющего земную жизнь, нашедшем, в частности, у А. Швейцера выражение в его принципе: «Благоговение перед жизнью» [1]. По-видимому, внутреннее ощущение своей незавершенности, наличного (существующего в данный момент) несовершенства выразилось в требовании: «человеку, чтобы быть самим собой, нужно быть бесконечно больше себя», в чувстве бесконечной нравственной ответственности: «каждый отвечает за все». Но такая ответственность в качестве условия предполагает бесконечную свободу, понимаемую, по Н.А Бердяеву, не как юридически закрепленное формальное право, а как экзистенциальную, выражающую смысл существования человека, как его обязанность перед Богом.

Свобода принадлежит к основному определению личности. Всякое ее ограничение, любая зависимость должны вызывать внутренний осознанный или бессознательный протест. В последнем случае человек (если в нем не забито личностное начало) ощущает, что ему плохо, не понимая причин этого состояния, иногда выдумывая их. Часто это сопровождается ощущением какой- то внутренней мертвящей пустоты. В наше время поиск, чем заполнить эту пустоту, несложен: продукция целой индустрии развлечений, телевидение, Интернет, реклама, социальные образцы поведения предлагают ему на выбор широкий спектр поведения и действия. Этот выбор, особенно в детском и юношеском возрасте, часто также неосознан. Но, сделав выбор, человек в силу особенностей именно человеческой психики способен уйти по выбранному пути бесконечно далеко. С некоторого момента (это зависит от выбранного пути) он может оказаться зависимым, то есть неспособным по собственной воле вернуться назад. Его не только психика, но и физиология оказываются патологи чески измененными. Энергия зависимости, в которую он попал, становится превышающей энергию его личностного «я». Зависимость становится патологи ческой – болезнью, разрушающей его дух, тело и человеческие отношения с другими людьми, его личностные и общественные связи.

Возникновение патологической зависимости

Люди, населяющие нашу планету, бесконечно многообразными способами и формами связаны друг с другом и зависят друг от друга. Многие зависимости «лежат на поверхности» их чувств, мыслей, целей, и не требуется особой проницательности, чтобы их увидеть и ощутить. Некоторые индивиды пытаются спрятать их от постороннего взгляда, другие, наоборот, – продемонстрировать. Различные этносы, группы, объединения признавали и поощряли или осуждали разные связи, отношения, чувства и мысли.

Например, в западноевропейской цивилизации почет и уважение, которыми пользовался человек, в значительной степени определялись его богатством, в России же богатство, зачастую, вызывало сомнение в личностных качествах человека («от трудов праведных не наживешь палат каменных»). И т.д.

Но этот поверхностный социальный слой выявляет (и в какой-то мере формирует) личностные качества индивидов, зависимые от их уходящей в бессознательную глубину психики, связанной не только с материальными, воспринимаемыми внешними органами чувств и рационально осознаваемыми событиями эмпирической действительности и истории, но также с энергиями, силами и событиями метаисторическими, непосредственно чувственно и рационально большинством людей не воспринимаемыми. В этих областях действуют законы, отличающиеся от законов физического мира. Например, вместо закона отталкивания качественно однородного и притяжения противоположного господствует закон притяжения сходного и отталкивания разнородного. Благодаря этому в «сверхфизических» областях, в «тонком мире» (теперь такое название уже получило «права гражданства» во многих направлениях психологии, считающей себя научной) чрезвычайно легко образуются зависимости с положительной обратной связью. По-видимому, можно считать этот закон одним из возможных факторов, «подпитывающих» трудно разрешимые патологические зависимости некоторых индивидов, препятствуя их свободному личностному развитию

Большинство психологов, преподавателей «пекутся » о воспитании и развитии личности. При этом их представления о том, что они понимают под словом «личность», весьма разнообразны и противоречивы. На чисто назывном уровне, для выделения предмета, о котором идет разговор, есть основания представить личность как индивида, обладающего бесконечной внутренней свободой в своих решениях и поступках и одновременно такой же бесконечной нравственной ответственностью за результаты этих решений и поступков. Не вдаваясь в аргументацию такого представления, хочу отослать читателя к своей книге, где оно рассматривается более последовательно [2]. Несмотря на разногласия, большинство исследователей едва ли будут оспаривать, что свобода – один из главных параметров личности, хотя само понятие свободы (как бы ее ни понимать) остается одним из самых сложных, парадоксальных в религии, философии и психологии.

Человек в плену зависимостей

В современной психологии отмечается быстрый рост числа людей, сознание и поведение которых оказывается столь сильно зависимым от тех или иных факторов, что они оказываются неспособными самостоятельно освободиться от этой зависимости, так как ее энергия, увеличиваясь (в том числе и за счет упомянутой положительной обратной связи) начинает превышать энергию сознательного сопротивления охваченного зависимостью конкретного индивида. Зависимость приобретает патологический, разрушительный характер. Впрочем, часто индивид и не сознает, в какую ловушку он попал (особенно, когда о его незнании заботятся те, кому выгодно его зависимое положение), продолжая думать, что он действует свободно. Поэтому человек, часто не осознавая этого, оказывается фактически рабом желаний, влечений, отношений, идей, искажающих психику как его самого, так и людей, с которыми он общается.

Большая часть факторов, могущих вызывать зависимость, существуют в психике человека, так сказать, латентно, и до тех пор, пока находятся в подчинении воле и сознанию человека, они не вызывают патологической зависимости; это позволяет думать, что человек обладает психоэнергетическими ресурсами, мощность и устойчивость которых превышают мощность энергий всех факторов, вызывающих зависимость, и проблема освобождения от зависимости тогда предстает как проблема пробуждения этих энергий и сознательного управления ими.

Зависимый индивид создает вокруг себя психоэнергетическое поле, в орбиту которого попадают люди, с которыми он связан теми или иными отношениями, начиная от интимно личностных (любовных, дружеских, семейных), включая соседские, служебные, компанейско-групповые, этнические, религиозные, межнациональные и т.д., вплоть до отношения к цивилизации в целом.

При этом зависимый индивид вызывает у людей, с которыми он связан, соответствующую реакцию, заставляющую так или иначе изменять свое нормальное (хотя, строго говоря, для психики нет собственной нормы, и нормальным признается то, что данное общество таковым считает, полагая само себя нормальным ) поведение и, соответственно, отношение и психическое состояние. И при достаточно высоком эмоциональном и психоэнергетическом потенциале отношений (эмоциональной близости отношений) эти люди сами могут оказаться в положении зависимости от первоначально зависимого индивида. Возникает отношение созависимости . Его особая опасность состоит в возможности развития внутри него упомянутой положительной обратной связи.

Возникновение созависимости: отрицательная и положительная обратная связь

Отрицательная обратная связь в некоторой системе состоит в том, что отклонение от положения равновесия каких-либо частей или сторон системы вызывает реакцию других ее сторон, направленную на уменьшение этого отклонения. Таким образом, система в целом стремится к восстановлению равновесия.

В случае же положительной обратной связи отклонение от равновесия одних сторон, вызывает реакцию других сторон, увеличивающую это отклонение. Эти стороны, если можно так выразиться, «провоцируют» друг друга и ведут систему к саморазрушению. Поэтому зависимость, имея, как выше было сказано, тенденцию переходить в созависимость, одновременно стремится к неограниченному росту. В технике в таких случаях говорят, что система «идет вразнос». Возрастание энергии может принять лавинообразный и даже взрывной характер (например, в процессе взрыва ядерной бомбы).

Человек в плену у самого себя

***Зависимость,***как правило, вызывает созависимость, и образуется система, которая, обладая положительной обратной связью, имеет тенденцию к расширению и саморазрушению, психические продукты которого, как метастазы, могут вызывать нечто вроде психических эпидемий, способных заражать целые возрастные, этнические и социальные слои общества, а также и человечество в целом (пример – идеология современного «глобализма»).

Зависимость вначале приобретает форму внутренней созависимости, т.е. положительную обратную связь (самим индивидом часто неосознаваемую) с теми или другими индивидуальными психическими или физиологическими особенностями самого зависимого индивида и имеет тенденцию (часто «подогреваемую» извне) «идти вразнос», вовлекая в свою орбиту окружающих, делая их созависимыми. Человек в плену у самого себя и этот плен оказывается мощным заслоном на пути становления индивида личностью, основополагающим началом которой является свобода в своей противоположности – зависимости . И первым шагом на пути освобождения от зависимости является осознание ее самим зависимым индивидом, а также осознание им необходимости и обязанности стать свободным. Имеется в виду свобода не как право, регламентированное законом, а та, которую Н.А. Бердяев считал не правом человека, а его обязанностью перед Богом (пожалуй, в русском языке здесь ближе всего подошло бы название не «свобода», основанная на внешнем законе, связанном с моралью, а «воля», связанная с нравственным личностным «я» индивида).

Но этого еще недостаточно. Потому что существует разрыв между сознанием и делом, между осознанной целью и реальным поступком. Человек очень часто делает не то, что он сознательно хотел бы сделать. Нужна огромная энергия, воля и решимость, которые, как правило, даются лишь полаганием цели, бесконечно выходящей за пределы налично существующего бытия.

Опасность порочного круга в психотерапии зависимостей

Возвращаясь к способам, предлагающимся современной научной психотерапией для выхода из различного рода зависимостей, я хочу сказать, что здесь меня как философа интересует вопрос: насколько глубоко и радикально меняют эти способы сознание и чувства человека, возвращают ему человеческое достоинство, открывают путь становления личностью, помогают ощутить свое личностное «Я» и сделать его центром своей психической жизни? Стремясь помочь человеку выйти из мира той или иной зависимости и созависимости, что они могут предложить взамен, в какой мир они его «выпускают »? Не может ли это оказаться сменой одной формы зависимости на другую, чем-то вроде перевода из тесной клетки в несколько более просторную или просто имеющую другую форму, или даже еще более его порабощающую на уровне, недоступном современному массовому сознанию? Представляется, что именно последнее происходит при смене авторитарного или даже тоталитарного режима управления обществом современной западной демократией. Не слишком ли дорогой ценой в этом случае покупаются так называемые демократические права и свободы человека? И насколько эти «права» и «свободы» ему нужны для становления его личности? Не являются ли они суррогатами, подменяющими и затемняющими путь его действительного личностного развития? Во всяком случае, проблема представляется мне «многослойной» и «многокачественной». Работая в поверхностных «слоях», мы можем оставить нетронутыми или даже создать новые «слои», более глубокие, которые могут дать не предвиденные нами «всплески» и «выбросы». Утверждая в процессе работы с человеком некоторые нужные нам (по нашему ограниченному разумению) качества, не можем ли мы утерять другие, может быть, более важные для него как становящейся уникальной личности?

Освобождение от созависимости

Кроме того, многие психотерапевтические направления и практические рекомендации для работы с зависимыми и созависимыми носят чисто прагматический характер, направленный на адаптацию индивида к сложившимся ограниченным условиям, к такому его самоизменению, которое помогает ему именно эти условия переносить. Слов нет, это очень важные цель и направление работы. Более того, стабилизация одной (а возможно, и обеих) сторон созависимости может уменьшить энергию положительной обратной связи и даже убрать ее, что будет означать освобождение от данной локальной формы созависимости. Последнее, правда, остается проблематичным, хотя, как пишут, например, авторы книги «Освобождение от созависимости» Б. Уайнхолд и Дж. Уайтхолд (представляющие «совершенно новую систему понимания причин созависимости, которое коренным образом отличается от принятых в настоящее время»): «Мы называем наш подход «эволюционным» в противоположность популярному медицинскому подходу, который рассматривает созависимость как первичное заболевание, определяет его как нечто постоянное, наследственное, прогрессирующее и не поддающееся терапии» [7]. Авторы считают, что созависимость – это не врожденное, а приобретенное расстройство, которое можно вылечить.

Действительно, в некоторых случаях психотерапия достигает такого результата, а наиболее талантливым психотерапевтам удается даже перевести положительную обратную связь в отрицательную, и отношения индивидов получают способность противостоять разрушающим воздействиям извне, увеличивая энергию сопротивления, что помогает становлению личности. Но это достигается более за счет личностных качеств психотерапевта, его интуиции и искреннего желания помо чь больному, чем за счет объективных свойств той или иной психотерапевтической методики. Наиболее часто это целительное воздействие идет через осознание созависимым своего поведения и реакции на него окружающих его людей. Осознанное изменение поведения, конечно, может повлечь за собой и более глубокие изменения – изменения отношений, чувств и мыслей, даже отношение к миру в целом. Но довольно трудно понять, насколько глубоки в каждом данном случае эти изменения, связанные с достижением ближайших частичных целей, и каким образом они связаны с личностной судьбой данного индивида, то есть его индивидуальным путем становления личности.

Анатолий Арсеньев Доктор психологических наук, профессор. Философ. Специалист по проблемам личности и философской антропологии.

Источник: rl-online.ru